|
Я засмеялся, но не над шуткой, и сказал:
— Вайнент, конечно, не такой худой, но все же он достаточно тонок, скажем, как бумага этого чека и тех писем, что от него получали.
 — Что это значит?— пророкотал Гилд, краснея; взгляд у него был сердитый и недоверчивый.— Вайнент мертв. Он давно уже жил только на бумаге. Я готов биться об заклад, что в могиле вместе с одеждой толстого хромого мужчины лежат именно его кости.
Макодей подался ко мне.
— Чарлз, вы уверены?
— Что вы тут выдумываете!—рассердился Гилд.
— Пари, если хотите. Кто пойдет на всю эту мороку с трупом и оставит нетронутой одежду — вещь, избавиться от которой легче всего, если только...
— Но она не была нетронутой. Она...
— Конечно, нет. Иначе это выглядело бы неправдоподобно. Одежда должна быть слегка подпорченной, но все-таки достаточно целой, чтобы вы узнали по ней то, что вам следовало узнать. Держу пари, что инициалы были хорошо заметны.
— Не знаю,— сказал Гилд уже с меньшим пылом.— Инициалы были на пряжке пояса.
Я рассмеялся.
— Это нелепо, Ник,— раздраженно сказала Мими.— Как это может быть Клайд*? Ты же знаешь, сегодня днем он был здесь. Ты знаешь...
— Тс-ее. Глупо с твоей стороны подыгрывать ему,—^ сказал я.— Вайнент мертв, твои дети наверняка — его наследники, а это гораздо больше тех денег, которые ты успела спрятать в этом ящике.
|
