|
Когда я вошел в гостиную, Гилд поднялся, держа в руке бокал, и заулыбался во все свое широкое конопатое лицо.
— Ну-у, мистер Чарлз, сегодня утром вы выглядите совсем живым.
 Пожав ему руку, я сказал, что да, чувствую себя вполне нормально, и мы сели.Он очень правдоподобно нахмурился.
— Все-таки не надо было вам меня обманывать.
— Обманывать?
— Конечно: убегать на встречи с какими-то людьми, когда я специально отложил беседу, чтобы дать вам возможность отдохнуть. Я рассчитывал, что когда вы сможете разговаривать, то первым делом свяжетесь со мной.
— Я не подумал, — сказал я. — Извините. Видели телеграмму, которую я получил от Вайнента?
— Угу. Сейчас мы выясняем ее судьбу в Филли.
— Теперь о пистолете, — начал я... Гилд остановил меня.
— О каком пистолете? Для нас нет больше никакого пистолета. Если кто-нибудь за последние полгода пробовал из него стрелять, значит я — папа римский. Даже вспоминать об этой старой железке не будем.
Я засмеялся.
— Тогда это многое объясняет. Я отобрал этот пистолет у одного пьяного, который уверял, что купил его в каком-то «баре за двенадцать монет. Теперь я в это верю.
— Не сегодня-завтра кто-нибудь продаст ему городскую ратушу. Мистер Чарлз, скажите мне как мужчина мужчине: занимаетесь вы делом Вулф или нет?
— Вы видели телеграмму от Вайнента?
— Видел. Значит, вы на него не работаете. И все-таки я хочу услышать это от вас.
— Я больше не работаю частным детективом. И вообще никаким детективом не работаю.
— Это я слышал. И все-таки, я вас прямо спрашиваю...
— Ну хорошо. Нет.
| 
