|
Они мне знакомы: это вещи Вайнента. Гилду я сказал, что, кажется, я видел их раньше, что они похожи на вещи Вайнента. Тогда он спросил, не
знаю ли я, каким образом эти вещи могли попасть к кому-нибудь еще. Походив вокруг да около, я очень  быстро понял, что под кем-нибудь еще Гилд подразумевает вас или Мими. Я ответил: «естественно, эту цепочку Вайнент мог подарить кому-нибудь, ее могли украсть, могли найти на улице или получить от кого-нибудь, кому Вайнент ее подарил. Возможно и другие варианты, сказал я, но Гилд догадался, что я вожу его за нос, поэтому про другие варианты даже слушать не стал.
Щеки Норы пошли пятнами, глаза потемнели.
— Идиот!
— Так, так, — сказал я. — Мне, наверное, надо было предупредить вас: в этом направлении Гилд стал работать сегодняшней ночью. Толчок, вероятно, дала моя старая подружка Мими. Чем он еще интересовался?
— Он хотел узнать о... вот что он спросил: «Как вы предполагаете, Чарлз и девица Вулф оставались еще в любовной связи? Или между ними все кончилось?»
— Мими приложила руку, это точно, — сказала я. — Что вы ему ответили?
— Я сказал, что не знаю, оставались ли вы «все еще» в любовной связи, потому что мне неизвестно, чтобы вы в ней вообще когда-нибудь состояли, и напомнил, что вы, между прочим, уже давно не живете в Нью-Йорке.
— Это правда? — спросила меня Нора.
— Не подвергай сомнению искренность Маколея, — сказал я. — Что на это сказал Гилд?
— Ничего. Он. спросил, как я считаю, знал ли Йорген-сен о ваших отношениях с Мими; когда я спросил его, о какого рода ваших отношениях с Мими должен был знать Йоргенсен, Гилд обвинил меня в том, что я работаю под простачка — это его собственные слова, — на этом мы и остановились.
|
